Vyatka-sputnik.ru

Курсы и образование
2 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Как написать книгу стивен кинг

Как написать книгу стивен кинг

  • ЖАНРЫ
  • АВТОРЫ
  • КНИГИ 595 700
  • СЕРИИ
  • ПОЛЬЗОВАТЕЛИ 557 689

Как писать книги

Если не указано иное, все примеры прозы, хорошей и плохой, принадлежат автору.

«Честность – лучшая политика».

В начале девяностых (может быть, где-то в девяносто втором, но хорошее время трудно вспомнить точно) я вступил в рок-группу, состоящую в основном из писателей. «Рок-Боттом-Римейндерс» была выдумкой Кэти Кеймен Голдмарк, книжной обозревательницы и музыкантши из Сан-Франциско. В группу входили: Дейв Барри – гитара, Ридли Пирсон – бас-гитара, Барбара Кинг – клавишные, Роберт Фалгэм – мандолина, и я – ритм-гитара. Было еще трио «поющих девиц», а-ля «Дикси Капс», составленное (обычно) из Кэти, Тад Бартимус и Эми Тан.

Группа намечалась как разовая – мы собирались сыграть два представления на Американской книжной ярмарке, рассмешить публику, вспомнить зря потраченную юность и разбежаться.

Это не получилось, потому что группа так и не распалась. Оказалось, что нам слишком нравится играть вместе, чтобы это прекратить, и с парой «подставных» музыкантов на саксе и ударных (а в ранние времена с нами был наш музыкальный гуру Эл Купер как сердце группы) мы звучали ничего себе. Можно было бы даже заплатить, чтобы нас послушать. Не кучу денег, не по цене лучших стритбэндов, но столько, сколько в прежние времена называли «на закусь». Мы поехали с группой в тур, написали о ней книгу (моя жена записала фонограмму и танцевала под нее, когда ей хотелось, то есть часто) и продолжали себе играть – иногда как «Римейндерс», иногда под именем «Раймонд Беррз Легз». Люди приходили и уходили – колумнист Митч Албом сменил Барбару на клавишных, а Эл больше не играет с группой, потому что они с Кэти не уживаются, – но ядро осталось, как было: Кэти, Эми, Ридли, Дейв, Митч Албум и я… плюс еще Джош Келли на ударных и Эразмо Паоло на саксе.

Делаем мы это ради музыки, но и ради компании тоже. Нам друг с другом хорошо, и у нас есть шанс поговорить иногда о настоящей работе, ежедневной работе, которую нам всегда советуют не бросать. Мы – писатели и потому никогда не спрашиваем друг у друга, где мы берем идеи. Мы знаем, что не знаем.

Однажды вечером мы ели китайскую еду перед концертом в Майами-Бич, и я спросил Эми, есть ли вопрос, который ей никогда не задавали на вечерах вопросов и ответов, случающихся после выступления практически любого писателя. Вопрос, на который никогда не найти ответа, когда стоишь перед группой фэнов, пораженных видом живого автора, и делаешь вид, что ты даже штаны надеваешь не так, как это делают обыкновенные люди. Эми помолчала, очень тщательно обдумывая, и потом сказала: «Никто никогда не спрашивал о языке».

За этот ответ я у нее навечно в долгу. Я уже год вертел в голове мысль написать книгу о писательстве, но каждый раз отступал, потому что не понимал своих мотивов. С чего бы это мне хотеть написать книгу о писательстве? С чего я взял, что у меня есть что сказать?

Очевидный ответ: потому что человек, который столько книг продал, наверняка может что-то стоящее сказать о том, как их пишут. Но очевидный ответ не всегда верный. Полковник Сандерс продал чертову уйму жареных цыплят, но не думаю, что каждый мечтает узнать, как он это делает. Если уж мне хватает самонадеянности рассказывать людям, как писать книги, видимо, на то должна быть более веская причина, чем мой успех у публики. Другими словами, я не хотел писать книгу, даже такую короткую, если потом чувствовал бы себя либо литературной пустышкой, либо трансцендентальным кретином. Таких книг – и таких писателей – сегодня на рынке и без меня полно. Так что спасибо.

Но Эми была права: о языке никто никогда не спрашивает. Спрашивают Де Лилло, Апдайков и Стайронов, но не авторов популярных романов. Хотя многие из нас, пролетариев, тоже пекутся о языке – в меру своих скромных сил, и страстно пекутся об искусстве и ремесле рассказчика историй на бумаге. Дальше следует попытка кратко и просто записать, как я пришел к ремеслу, что я теперь о нем знаю и как это делается. Я говорю о ежедневной работе; о языке.

Эта книга посвящается Эми Тан, которая очень просто и прямо сказала мне, что писать такую книгу можно.

Книга эта короткая, потому что почти все книги о писательстве набиты враньем. Авторы беллетристики (я говорю и о присутствующих) не очень понимают, что они делают и почему получается книга иногда хорошая, а иногда плохая. И я думаю, что чем короче книга, тем меньше вранья.

Одно заметное исключение из этого правила о вранье – «Элементы стиля» Уильяма Стрэнка-младшего и Е. Б. Уайата. В этой книге вранье почти или совсем не обнаруживается. (Конечно, книга короткая; восемьдесят пять страниц – куда короче вот этой.) Я скажу прямо здесь, что любой начинающий писатель должен прочесть «Элементы стиля». Правило семнадцать в главе под названием «Принципы композиции» гласит: «Ненужные слова опускать». Я попытаюсь это сделать.

Одно из правил игры, не сформулированное в этой книге прямо, гласит: «Редактор всегда прав». Следствие состоит в том, что ни один писатель не станет принимать все советы своего редактора, ибо все грешны и далеки от редакторского совершенства. Иначе говоря, пишут человеки, редактируют – боги. Эту книгу редактировал Чак Веррилл, как и много-много моих романов. И как всегда, Чак, ты был богом.

Меня поразили мемуары Мэри Карр «Клуб лжецов». Не свирепостью, не красотой, даже не потрясающим народным языком, но своей тотальностью. Это женщина, которая помнит о своих ранних годах все.

Я не таков. Я прожил необычное, рваное детство, воспитывался одинокой родительницей, которая много моталась по стране и которая – в этом я не до конца уверен – временами пристраивала нас с братом к какой-нибудь из своих сестер, потому что экономически или эмоционально не могла нас тащить. Может, она всего лишь гонялась за нашим отцом, который накопил кучу самых разных счетов и потом драпанул, когда мне было два года, а брату Дэвиду – четыре. Если так, то найти его ей не удалось. Моя мамочка, Нелли Рут Пилсберри Кинг, была одной из первых эмансипированных американок, но не по своей воле.

Мэри Карр представляет свое детство почти целостной панорамой. Мое же – туманный ландшафт, из которого кое-где торчат отдельными деревьями воспоминания… и вид у них такой, будто они тебя хотят схватить и, быть может, сожрать.

Читать еще:  Издательства книг в россии

То, что рассказывается дальше, – это некоторые из таких воспоминаний плюс россыпь моментальных снимков из несколько более упорядоченных дней моего отрочества и раннего возмужания. Автобиографией это не назовешь. Это скорее биографические страницы – моя попытка показать, как сформировался один писатель. Не как человек сделался писателем. Я не верю, что писателем можно сделаться в силу обстоятельств или по собственной воле (хотя когда-то в это верил). Нужен некоторый набор исходного оборудования. И это оборудование никак не назовешь необычным – я верю, что у многих людей есть какой-то хотя бы минимальный талант писателя и рассказчика, и этот талант можно укрепить и заострить. Не верь я в это, написание этой книги было бы потерей времени.

Здесь то, как это было со мной, только и всего – хаотический процесс роста, в котором играло роль все – честолюбие, желание, удача и капелька таланта. Не старайтесь читать между строк и не пытайтесь искать глубокую идею. Строк здесь нет – только моментальные снимки, да и те почти все не в фокусе.

Как написать книгу стивен кинг

Ни разу не читал ни одной книги Стивена Кинга. Я вообще не люблю читать художественную литературу. Коль скоро я озадачился желанием написать свой бестселлер (предположительно про счастье), я решил немного прокачать матчасть.

… и начал с этой книжки.

Книга ««мне понравилась. Она читается „уютненько“. Так уютненько, что в процессе у самого рождается жгучее желание стать писателем и писать художественную беллетристику. От книги с названием „Как писать книги“ ожидаешь более формального повествования в жанре non-fiction, но в итоге, снова читаешь художественное произведение с кучей историй и рассказов, только о самом Кинге и вокруг Кинга. В середине книги наконец наступают советы „как писать“, которые слегка выделяются от остального повествования.

Вначале я напишу, что я запомнил из книги, не обращаясь к моим пометкам на ее страницах. То есть о тех самых сильных моментах, которые остались у меня в памяти.

Во-первых, стало понятно, что Кинг стал писателем, потому что любил читать. Кинг и сам говорит, что главный секрет писателя, — это „как можно больше читать и как можно больше писать“. Сам он говорит, что хоть и читает медленно, прочитывает около 70 книг в год.

Во-вторых, он писал, потому что не мог не писать и никогда не думал о деньгах. Да и сам признает, что заработать на писательстве бабок вряд ли кому-то удастся.

В-третьих, как я и предполагал, он подходит к творчеству весьма системно. Он пишет по утрам. Запирается от внешнего мира в кабинете, пишет „за закрытой дверью“. Пишет каждый день, без выходных и праздников, пишет, потому что ему это нравится. Несмотря на системный подход, Кинг не любит заранее планировать сюжет. Пишет спонтанно от начала и до конца, хотя вроде как общее направление сюжета примерно себе представляет.

В-четвертых, я не понял, как сейчас (наверное уже возраст не тот), но в 70-е и 80-е Кинг был жутким алкашом и торчком. Он сбухивал ящик пива в день, курил и потом еще начал употреблять наркотики.

Очень интересно описан в книге переломный момент в жизни. Когда он еле еле сводил концы с концами, работая учителем и в прачечной, имея жену и двоих детей. А потом бах, где-то примерно в 1973 году права на его книгу „Кэрри“ были куплены за $400,000 и тут он вполне конкретно а**ел. От этого Кингу по контракту причиталась половина, в сегодняшних деньгах это было $1,1 млн

Я кстати бегло погуглил, сейчас состояние Кинга оценивается в $400 млн. Всего продано 350 млн его книг.

Кинг потратил немало времени, чтобы описать свой начальный этап, но совершенно не дал насладиться радостью своей победы — не рассказал, как изменилась его жизнь после этих денег, как он уволился из школы, как переехал в новый дом и так далее.

Теперь пара формальных вещей, которые я списываю по своим отметкам, сделанным в процессе чтения:

  • Надо иметь большой словарь — для этого надо читать
  • Выражаться надо просто и прямо
  • Избегайте пассивного залога глаголов стр.131
  • Наречие вам не друг стр.133
  • Абзацы важны. В легких книгах абзацы короткие стр.140
  • Важно „заманивание читателя“, рассказывание ему истории.
  • Усилиями, серьезностью автора определяется успех книги
  • Если у вас нет времени чтобы читать, то у вас нет времени чтобы писать
  • чем больше вы читаете, тем меньше у вас шансов выставить себя дураком
  • отключение телика улучшает качество вашей жизни и качество вашего письма
  • писать надо 4-6 часов в день, 10 страниц или около 2000 слов.
  • для продуктивности надо работать в безмятежной обстановке
  • когда я не работаю, я не работаю совсем
  • надо ставить себе цель на рабочий день
  • читателю нужна книга, к-я захватит, затянет, заставит переворачивать страницы до конца
  • Книга состоит из: Повествование, Описание, Диалог стр.176
  • Описание — визуализация того, что должен испытать читатель.
  • Меньше описывайте героев, больше место действия
  • пишет сначала черновик. Потом 6 недель дает ему отлежаться, потом перечитывает и исправляет 1 раз, потом дает почитать жене и 4-8 друзьям, потом снова переписывает
  • суперформула: второй вариант = первый вариант -10%

Как писать книги: инструкция от Стивена Кинга

Мастер пощекотать нервы и гениальный беллетрист XX века делится секретами писательского мастерства. Если коротко: нужно говорить правду, избегать штампов и много читать.

Ловите идеи на лету

Кинг знает: «Хорошие идеи рассказов приходят из ниоткуда, прямо на голову с неба: две отдельные мысли сцепляются вместе, и возникает что-то новое. Ваша работа не искать эти идеи, а узнать их, когда они появятся».

Поэтому будьте чуткими: выстраивайте в голове историю из обрывка разговора прохожих или придумывайте альтернативные концовки фильмов. Не ограничивайте себя рамками и начинайте размышления с фразы: «А что, если…». Дайте фантазии возможность разгуляться по полной!

Не обманывайте читателя

В ответе на вопрос, о чем стоит писать, чтобы заинтересовать читателя, Кинг выдает единственный секрет: «О чем угодно, лишь бы вы говорили правду».

Если пишете о трудных подростках, пусть ваши герои одеваются, разговаривают и думают как тинейджеры, а не воспитанники императорской гимназии. Если одному из персонажей на ногу упал кирпич, пусть он скажет все, что думает по этому поводу! По словам Кинга, история затягивает, когда мы узнаем людей из книги, их манеру поведения, окружение и речь. Поэтому бросьте идею навязать читателю искаженную действительность.

Избегайте наречий и пассивного залога

«Я считаю, что дорога в ад вымощена наречиями, и готов кричать это на стогнах».

Напомню, что наречия — это слова, которые обозначают признак действия («хорошо подготовиться»), признак другого признака («очень красивый», «сильно зол») или признак предмета («беседа впопыхах»).

Читать еще:  Книга android studio

Кинг считает, что наречия, как и пассивный залог, нужны только робкому автору. Он выражает ими свой страх, что не сумеет донести до нас определенный образ или читатель не воспримет его текст всерьез.

Говорите на понятном языке

Какая фраза вам нравится больше: «мероприятие будет проведено в девятнадцать часов» или «собрание будет в семь вечера»? Согласитесь, второй вариант звучит лучше, привычнее. Но робкий автор с вероятностью 99% выберет первый вариант, потому что эта сложная фраза говорит ему: «Напиши так, и люди подумают, что ты что-то знаешь». Кинг призывает нас, авторов, не быть мямлей! Расправить плечи, выставить челюсть и заставить подлежащее принять на себя ответственность.

Много читайте и много пишите

Кинг всегда и везде носит с собой книгу — читает во время еды, в очередях, во время путешествий. Но такой фанатизм совсем не обязателен. Хорошим началом станет список «must-read» на месяц и ежедневное чтение перед сном. Так, если будете держаться списка и не пропускать вечерний ритуал, вскоре разберетесь, чей стиль повествования вам ближе, а слог приятнее.

Параллельно возьмите за правило писать каждый день по небольшому тексту. Пусть это будет 2-3 страницы размышлений на заданную тему или заметка с сюжетной линией. Дальше — больше! У Кинга подобная рутина выстроена с ранних набросков и не меняется уже много лет. Маэстро пишет по 10 страниц в день — вне зависимости выходной это или его день рождения.

Стивен Кинг «Как писать книги. Мемуары о ремесле». Часть 2

Сегодня мы продолжаем начатый не так давно разбор пособия для начинающих авторов от короля ужасов Стивена Кинга «Как писать книги. Мемуары о ремесле». Первая часть разбора находится здесь: Стивен Кинг «Как писать книги. Мемуары о ремесле». Часть 1. Настоятельно рекомендую ознакомиться, если вы этого еще не сделали. Эта запись завершит разбор основных тезисов книги и подведет субъективный итог под прочитанным. Напоминаю, что все нижеобозначенное является сугубо моим частным мнением и ни разу не претендует на истину ни в одной из возможных инстанций.

Как все-таки писать книги? Дядя, научи плохому!

Продумывание сюжета и спонтанность истинного творчества несовместимы.

Дело в том, что Стивен Кинг не пишет подробного плана произведения. Да что там, он вообще не пишет никакого плана. Сюжет у него формируется по мере написания. Придумывается, так сказать, на ходу. Вытекает, как говорит сам король, из логики повествования и действий персонажей. Что ж, не он один такой (недавно гостившая у нас Наталья Жильцова тоже практикует методику спонтанного написания). Если честно, я не сторонник этого подхода. Да, у него есть свои неоспоримые преимущества. И главное из них – время, сэкономленное на работе над планом. Однако, работая по такому принципу, автор почти никогда точно не знает, какая у него выйдет вещь – сильная или провальная. Ведь заранее не известно, куда заведет его повествование. Когда же мы сначала составляем план, весь сюжет — как на ладони. Мы видим его целостным, со всеми выпуклостями и провалами, можем заранее оценить его и подкорректировать (а можем, даже отказаться от написания, если посчитаем историю недостаточно перспективной). В методике Кинга такая опция отсутствует. Резюмируя, могу сказать, что данный способ сводит конечный успех к зависимости от одной единственной составляющей – таланта автора. Способен ли автор сходу сделать качественную книгу? Хватает ли у него для этого фантазии, воображения и опыта? Если хватает, то все довольны: читатель получил хорошую книгу, писатель сэкономил кучу времени. Новичок же ни с первого, ни со второго, ни с третьего раза хорошую книгу с ходу не напишет. Выйдет в лучшем случае фанфик, в худшем – бессвязный винегрет. Уверен, старательно отбирая материал, продумывая идею, составляя план, приличную книгу (и по сюжету, и по содержанию) вполне возможно написать даже с первой попытки. Если у вас свой взгляд на этот вопрос, жду ваших мнений в комментариях.

Сначала придумывается ситуация в духе «что, если», затем персонажи. Далее автор просто наблюдает за развитием ситуации. Если вы сделаете свою работу, ваши персонажи оживут и начнут действовать сами по себе.

Вот таким нехитрым способом формируется замысел произведения. С этого же и стартует написание. Автор помещает одного или нескольких персонажей в каверзную ситуацию, а дальше с любопытством энтомолога наблюдает, как бедные букашечки будут из этой ситуации выпутываться. По ходу дела происходит огранка характеров: выясняется, кто трусливый, кто безрассудный, а у кого с головой не все ладно (как правило, у Кинга всегда есть такой парень). Ситуация под воздействием персонажей начинает деформироваться, видоизменяться, втягивая в себя новых персонажей и убивая попутно старых, и все это в конечном итоге чем-то заканчивается. Редко уничтожением антагониста, иногда смертями всех героев, чаще – чем-то в духе «зло отступило, но обещало вернуться». Подход, конечно, интересный, но стоит ли брать его на вооружение – решайте сами.

Диалог – это средство показать характер героя. Никогда не рассказывай того, что можешь показать.

С первой частью тезиса согласен полностью. Диалог – есть очень действенный инструмент раскрытия персонажа. Это следует знать и использовать, привнося в речь персонажей индивидуальность (привносить следует, в основном, в содержание речи, а не в произношение и манеру говорить). Что касается второго суждения, то оно верно лишь отчасти. Иногда бывает лаконичнее и правильнее рассказать что-то в двух предложениях, чем городить лишние сцены и захламлять сюжет. Кроме того спешу предостеречь вас от того, чтобы раскрывать информацию через диалоги. Прежде чем решиться на этот отчаянный шаг, убедитесь, что один из собеседников действительно не в курсе выдаваемой вторым информации, и его на самом деле эта информация интересует. Иначе получится что-то вроде того:

— Привет, жена! А я тут вспоминал рождение наших детей. Сашка, наш первенец, родился легко, да и беременность проходила гладко. А вот с Аленкой мы намучились, да. Как дела на работе?

Мат и нецензурщина – это правда о жизни и героях, которую автор доносит до читателя.

Глубокое убеждение Стивена Кинга заключается в том, что автор всегда должен быть в максимальной степени правдив перед своими читателями. И если кто-то из его героев не стесняется в выражениях, значит, и автор должен эти выражения записывать. Скажем, наш персонаж – обычный парень из рабочей семьи, трудится грузчиком на овощной базе. Разве может он в эмоциональном порыве выражаться литературно? Ясен пень, нет. Вот мы и показываем читателю всю «правду жизни», как она есть, используя именно тот словарный боезапас, которым орудует грузчик с овощной базы. А что вы хотели? Это жизнь, ребятки!

Читать еще:  Android studio книги на русском

Лично мне кажется, что Стивен Кинг немного лукавит. И это не его персонажи такие ярые поборники обсценной лексики, а в некоторой степени он сам. Персонажи здесь – ширма, прикрытие. Я сделал столь простой вывод из того языка, щедрого на крепкое словцо, которым написана книга «Мемуары о ремесле», где главным героем и одновременно рассказчиком является сам Стивен Кинг. Там нет никаких посторонних персонажей. Есть сам Стивен Кинг, и те выражения, которые мало отличаются от реплик его жизненных героев… Не подумайте, что я как-то осуждаю его, нет. Он волен писать свои книги так, как посчитает нужным. Но вот начинающим авторам я не советую увлекаться непечатными выражениями в своих текстах. Я опробовал это на себе и могу сказать, что негативная реакция читателей на скользкие моменты, как правило, во много раз превосходит тот разрекламированный эффект писательской «правды», на который напирает король ужасов.

Символика оформляется автором уже после написания текста.

Вполне понятное суждение, которое логично вытекает из предложенного метода работы. Если сюжет заранее не продумывается, то и заложить в него некую символику (библейскую, средневековую или какую-либо еще) до написания просто невозможно. Поэтому автору ничего не остается, как пытаться отрыть ее в уже написанном тексте, и если она находится, то дать ей огранку, грамотно расставить акценты. Если же символика не обнаруживается – не беда. Значит, там ее и быть не должно.

Идея формируется из сюжета.

Тоже вполне очевидная для данного подхода вещь. Если мы пляшем от ситуации, то основную идею сможем сформулировать только после того, как напишем текст. Это подводит нас к выводу о вторичности идеи при таком подходе к написанию. Хорошо это или плохо, каждый решает сам. По моему мнению, это скорее недостаток. Все-таки, согласно классическим представлениям, автор выстраивает композицию, держа в уме именно наилучшую реализацию идеи. Но только в том случае, если целью является донести до читателя важную мысль. Если же целью — просто развлечь, то идея и не нужна. Она может вытекать из сюжета, а может вообще отсутствовать. Словом, то что нужно для развлекательного чтива.

Первоначальный вариант пишется со всей возможной скоростью. Сюжет записывается так, как приходит на ум.

Это делается для того, чтобы не потерять интерес к истории во время нудного многомесячного писательского марафона. Я тоже являюсь сторонником метода, при котором необходимо как можно скорее завершить процесс непосредственного переноса истории на бумагу.

Рукопись вылеживается не менее 6 недель. Затем редактируется и отдается на прочтение Первому Читателю, а также 6-8 друзьям. На основании их отзывов в текст вносятся изменения.

Если первоначально работа над рукописью велась за закрытой дверью в обстановке строжайшей секретности, то теперь наступает время «открытых дверей». Самое любопытное для меня здесь то, что Стивен Кинг не боится и не стесняется править вещь в угоду своим читателям. Если большинство из этих 6-8 доверенных друзей скажет, что в каком-то месте что-то не так, автор спокойно исправит спорный момент. Большой вопрос, должен ли писать идти на поводу у мнения публики или должен стоять на своем до конца? С одной стороны, читатели, действительно, могут указать (и скорее всего, так и будет) на слабые места в тексте. Им-то со стороны видней! С другой, автор, идущий на поводу у публики, играет в опасные игры, рискуя внести дисбаланс в устойчивую сюжетную конструкцию. Кроме того, держим в уме древнюю мудрость о том, что всем не угодишь.

Пытаясь посмотреть на этот вопрос под другим углом, я могу сказать, что читатель платит деньги за то, что ему нравится. Так что если писатель хочет, чтобы его книги хорошо продавались, значит, и к мнению публики ему прислушиваться все же придется. Вот так-то.

В процессе редактирования текст нужно сокращать. Второй черновик должен быть меньше первого по объему на 10%.

А вот это стало для меня откровением. Обычно в процессе редактирования текст неуклонно распухает. Автор норовить добавить новые подробности, уточнения, расширить описания и диалоги. Кинг тоже кается, что страдает от такой болезни, но редакторы неуклонно настаивают на сокращении объема. Это позволяет сделать книгу динамичнее, что в свою очередь помогает удерживать читательское внимание. В этом совете определенно есть разумное зерно.

Итоги.

Наверное, может показаться, что я излишне критичен по отношению к Стивену Кингу. Я так не считаю. Некоторые вещи из творчества Кинга мне нравятся, некоторые нет. Книга «Мемуары о ремесле» показалась мне излишне раздутой. Первая и третья части, где автор излагает свою биографию и рассказывает о трагическом случае с фургоном, под колеса которого он угодил, не имеют никакого отношения к тому, как писать книги. В книге очень много воды. И она уже после первого прочтения оставляет неоднозначное впечатление.

Что касается советов мастера, то они также во многом неоднозначны. Это касается и нецензурной лексики, и диалогов, и исправлений, и многих других вещей. Есть советы действительно полезные. Справедливости ради книга, как мне кажется, должна называться «Мемуары о ремесле. И пару слов о том, как Стивен Кинг пишет книги». Убежден, что значительная часть советов и рекомендаций не подходит для большинства молодых русскоязычных авторов.

Сама методика Кинга хоть и интересна, но не лишена слабых мест. Резюмируя, ее плюсы я вижу в следующем:

  • Значительно сокращается время на предварительную подготовку к написанию;
  • Интрига сохраняется до самого конца. Даже сам автор не знает, чем закончится его история.

Минусы же такие:

  • Не каждый автор сможет написать качественную книгу без серьезной предварительной подготовки;
  • Автор заранее не знает, какая идея будет у его произведения. Она сформируется только после завершения написания;
  • Сложность редактирования. Если автору вдруг не понравился какой-то сюжетный поворот в самом начале истории, вполне возможно, переписывать придется значительную часть книги.

Немного напоминает лотерею. Никогда не знаешь, чем все закончится – большим кушем или впустую потраченным временем. Я полагаю, что метод Стивена Кинга в большей степени подходит авторам уже состоявшимся, имеющим богатый опыт работы и с сюжетами, и с текстом, способным управлять развитием истории, направлять ее в нужное русло. Новички же, взявшись за роман в такой манере, практически без подготовки, обречены на провал. Им я рекомендую работать с планом и предварительно все хорошенько продумать, прежде чем садиться писать. Вот такой у меня взгляд на вопрос.

На этом все на сегодня. Жду ваших мнений по этому разбору, а также по самой книге «Мемуары о ремесле» в комментариях. Пишите книги, работайте над собой. До скорой встречи!

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector